• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: 1850 (список заголовков)
10:59 

Женщины из галереи Людовига I Баварского.


Женщины из галереи Людвига I Баварского

Schönheitengalerie (Галерея красавиц) является коллекция портретов в замке Нимфенбург в Мюнхене. Она была заказана королем Людвигом I Баварским. Это женщины всех классов, которые должны были представить красоту любой женщины, которую может встретить на улицах Мюнхена. В коллекции галереи 36 картин. Все, или почти все, были написаны по заказу короля, придворным художником Джозефом Карлом Стиэлером между 1827 и 1850 году. 




Princess Marie, painted in 1843. Since 1848 Queen of Bavaria, mother of the Kings Ludwig II and Otto III) - Принцесса Мари, портрет написан 1843 году. С 1848 года королева Баварии, мать королей Людвига II и Отто III 

 


Amalie von Schintling. She died shortly after this painting, 19 years old. 1831) - Амалия фон Шинтлинг. Она умерла вскоре после написания этой картины, ей было - 19 лет.1831 г.


Людвиг заказывал портреты женщин, которых считал красавицами - причем важным компонентом их красоты должна была быть высокая мораль (целомудрие). Если король выбирал для портрета дочь почетного гражданина, она получала в подарок платье, в котором позировала художнику. Именно поэтому многие дамы на портретах одеты намного богаче, чем позволяло их социальное положение.



(Nanette Kaula, daughter of Banker-Raphael Kaula 1829.) - Нанетт Каула, дочь банкира-Рафаэлья Каула, 1829 г.

"Галереи красавиц". В этом собрании, расположенном во дворце, находились портреты всех женщин, которых король любил или которыми просто восхищался. Несколько раз в неделю этот селадон обходил галерею, любуясь прекрасными лицами и черпая вдохновение в их прелести, чтобы создавать свои "отвратительные стихи", как назвал его вирши один биограф. Известно, что Г. Гейне зло высмеивал этого "великого поэта" - короля, усиленно домогавшегося славы и выпустившего четыре тома своих стихотворений. По поводу королевской «Галереи красавиц» Г. Гейне писал:

Он любит искусство, чтоб с лучших дам
Портреты рисовали;
Как евнух искусства, гуляет он
В своем расписном серале.



(Portrait of Marchesa Marianna Florenzi, 1831, Schönheitengalerie. Marianna was an Italian noble woman, translater and live time friend of Ludwig I. von Bayern (but probably they never had sex together) - Портрет маркизы Марианна Флорензи 1831 год. Марианна была итальянкой, переводчицей Людвига I.



(Sophie, Archduchess of Austria (nee Princess of Bavaria). 1832.) - Софи, эрцгерцогиня Австрии (урожденная принцесса Баварии).1832 г.



(Lola Montez,1847) - Лола Монтес,1847 г.



(Amalie, Freiin von Kruedener.1827) - Амалия Крюденер, одна из возлюбленных Тютчева.1827 г.

Ее жизнь окутана легкою дымкою тайн. Полна страстных писем, неоконченных романов, дуэльных историй, шума балов, блеска драгоценностей, загадочных улыбок . Бесед- полунамеков. Путешествий. Таинственного блеска зеркал. И отражения в них ее силуэта: Гордый, царственный поворот головы. Безупречный французский. Холодновато - изящные, светские манеры. Она - незаконнорожденная дочь владетельной немецкой принцессы Турн унд Таксис и графа Максимилиана Лерхенфельда, дипломата во втором поколении, баварского посланника в Берлине и Вене - воспитывалась в семье графа на правах родной и могла даже не высказывать желаний: Они угадывались по взмаху ресниц, выражению глаз и жестам маленькой ручки!

Биография Амалии Крюденер



(Katerina Rosa Botzaris, daughter of Markos Botsaris,1841.) - Катерина Роза Ботцарис, дочь Маркос Ботцариса, 1841 г.

Её отец - известный греческий военачальник, герой Освободительной войны Греции 1821-1829 гг.



(Lady Jane Elizabeth Digby, painted in 1831 as Lady Jane Ellenborough) - Леди Джейн Элизабет Дигби, написано в 1831 году, как леди Джейн Элленборо.

Когда Людвиг I услышал о красоте леди Элленборо, прибывшей в его «Новые Афины», он изъявил горячее желание встретиться с ней. Она была представлена королю, и тот приказал своему придворному художнику Карлу Штилеру увековечить ее классические черты для «Галереи красавиц».

Ей не раз предлагали написать книгу воспоминаний и всякий раз она отказывалась. «Список моих мужей и любовников будет читаться как испорченное издание готского альманаха». Леди Джейн Элленборо недвусмысленно намекала, что дипломатический и статистический ежегодник, издававшийся в немецком городе Готе, не намного длиннее перечня ее интимных друзей. И уж точно менее увлекателен. В «друзьях» у нее числились немцы, французы, австрийцы, англичане, греки, итальянцы… Поговаривали, на родине бессмертного Данте леди Джейн как-то особенно везло на мужей и их насчитывалось не то трое, не то пятеро. В общем, страсти вокруг нее бушевали.

Среди ее любовников и мужей были дипломаты, аристократы всех мастей и короли с принцами, но свое счастье она нашла на Востоке, выйдя замуж за бедуина. Живя с ним в шатре, Джейн наравне со всеми вступала в схватки – ее прозвали «белым дьяволом». Когда ей стукнул 51 год, некий шейх пытался отбить ее от мужа. Джейн деликатно ему намекнула, что не стоит переоценивать свои силы. Ей было 67 лет, когда путешествующий англичанин о ней написал: «В комнату вошла высокая женщина, поразившая меня своей красотой». Когда Джейн завалило за 70, ее безуспешно пытался совратить юный переводчик. Наконец, в 73 года леди Джейн недоумевала: «Что бы могло быть причиной того, что уже прошло два месяца почти, как в последний раз Миджваль спал со мной?»

Биография Джейн Дигби, леди Элленборо:



(Anna Hillmayer. 1829) - Анна Хиллмаэр. 1829 г.Она никогда не была замужем.



(Helene Kreszenz Sedlmayr.1831) - Элен Зедлмайр. 1831 г.

Служанка в игрушечном бизнесе торгового дома "Auracher Briennerstrasse", дочь сапожника. Она была изображена художником костюме девушки из состоятельной семьи города Мюнхена. В 1831 году ёе портрет был помещен в "Галерею красавиц" короля и она, считалась воплощением красивейшей из женщин Мюнхена. Через год она вышла замуж за камердинера короля Людовика, Гермес Миллера и родила десятерых детей (девять сыновей и одна дочь). Брак считался счастливым. Их потомки, семья Миллер сегодня живем в Берхтесгадене.



(Charlotte von Hagn in her costume of Wallenstein's daughter "Thekla" in Schiller´s , 1828) - Шарлотта фон Ханг- немецкая актриса, в ее костюме Валленштейна "Текла" Шиллера, 1828. г.



(Regina Daxenberger painted in 1829) - Регина Драхенберг, портрет написан в 1829 году



(Rosalie Julie Freiin von Bonar, painted for the Schönheitengalerie in 1840) - Баронесса Розали Джули Бонар, написано в 1840 году для "Галереи красавиц"



(Irene, Graefin von Berg, nee Marchesa Pallavicini 1834) - Ирен, графиня, урожденная Берг, маркиза Паллавичини. 1834 г.



(Caroline von Holnstein. 1834.) - Каролина фон Холнштейн. 1834 г.



(Maria Dietsch 1850) - Мария Дайтш. 1850 г.

Швея. Ее портрет является последним (написано два её портрета), написанным художником для "Галереи красавиц". Ее отношения с королем Людвигом I Баварским в настоящее время неясно, тем более что она, по словам Иосифа Карла Стиэлер "небыла обладательницей большой красоты"



Людвиг I Баварский

* * *
P.S. "Галерея красавиц" Людвига I Баварского находится на юге Германии в павильоне в Нимфенбурге, недалеко от Мюнхена. Два дополнительных образа в галереи красавиц были созданы Фридрих Дюрком. Его самые известные работы портреты дочь сапожника Элен Зедлмайр , актриса Шарлотта фон Хагн, и любовниц короля - Лола Монтес и Марианна Флорензи. В галерее красавиц - и супруга Людвига, и дочь, но они там просто указаны, как принцессы Баварии .

http://www.liveinternet.ru/users/ludiko/post155972376/
 


@темы: 1820, 1830, 1840, 1850, я все необычное люблю, в стиле ретро

10:28 

Франц Ксавье Винтерхальтер Портрет княгини Татьяны Александровны Юсуповой (1858)

00:15 

Антикварные гравюры мод

Французские гравюры  мод
Magasin des Demoiselles
1850-е годы

Полный каталог смотрите здесь
продажа возможна в Москве, а также почтой по предоплате
цена от  2500 р.
¦УTА¦-¦-TОTА¦- Magasin des Demoiselles, 1853 ¦¦¦-¦+, ¦-¦¦TВTП¦-TАTМ¦УTА¦-¦-TОTА¦- Magasin des Demoiselles, 1854 ¦¦¦-¦+, TП¦-¦-¦-TАTМ ¦УTА¦-¦-TОTА¦- Magasin des Demoiselles, 1854 ¦¦¦-¦+, ¦¬TО¦¬TМ

¦УTА¦-¦-TОTА¦- Magasin des Demoiselles, 1855 ¦¦¦-¦+, ¦-¦-TАTВ¦УTА¦-¦-TОTА¦- Magasin des Demoiselles, 1855 ¦¦¦-¦+, TП¦-¦-¦-TАTМ ¦УTА¦-¦-TОTА¦- Magasin des Demoiselles, 1855 ¦¦¦-¦+, ¦-¦-¦¦
 
¦УTА¦-¦-TОTА¦- Magasin des Demoiselles, 1854-1855 ¦¦¦-¦+

@темы: 1850, объявления, я все необычное люблю, в стиле ретро, ссылки

01:41 

Маргарита, Мелания, Мария – три имени, одна судьба.

12 мая отмечается Всемирный день сестры милосердия. Почему именно 12 мая? В этот день родилась англичанка Флоренс Найтингейл, которую принято считать первой сестрой милосердия, оказывавшей помощь раненым соотечественникам во время Крымской войны в 1855 году. Ради исторической справедливости обязаны уточнить: в России сестры милосердия появились гораздо раньше. И первая из них по праву — Маргарита Тучкова…
Маргарита Михайловна Тучкова родилась 2 января 1781 г. в семье знатных родителей. Ее отец Михаил Петрович Нарышкин происходил из рода Нарышкиных, к которому принадлежала мать Петра I. Родители Маргариты были обеспеченными людьми и смогли дать дочери хорошее образование. В это время в великосветских гостиных блистал некий Ласунский. Его мать дружила с Нарышкинами и вскоре сумела убедить родителей Маргариты, что только ее сын сможет обеспечить их дочери достойную жизнь. Понятия самой Маргариты о браке были еще очень неопределенными (ей было 16), а Ласунский был так привлекателен...
Однако после свадьбы все изменилось. Маргарита стала женой развратного циника и лжеца, который видел в ней только богатую наследницу. Нисколько не смущаясь он продолжал вести разгульную жизнь, а Маргарита не отваживалась рассказать родителям правду. В это же время она встретила и полюбила молодого офицера Ревельского полка Александра Алексеевича Тучкова. Похождения ее мужа не могли долго оставаться неизвестными родителям Маргариты. Все открылось, и родители ужаснувшись, стали хлопотать перед царем и Синодом о разводе. Это было сложной процедурой, поскольку в России того времени эти такие вопросы решались на самом высоком уровне. В итоге разрешение было получено.
Вскоре после развода Тучков попросил руки Маргариты у ее родителей, но те, боясь снова ошибиться, ответили отказом.
Дочь Нарышкиных отреагировала согласно своему эмоциональному впечатлительному характеру: свалилась в горячке. Их разлучили не только родительская воля, но и отъезд Александра за границу. В голову приходило то, что приходит всем на свете женщинам. Ну, нужна ли она ему, разведенная, измученная незадавшейся жизнью, не первой по тем временам молодости?
Но однажды Маргарите передали небольшой конверт. Легко представить себе, как непослушные пальцы рвали плотную бумагу. На голубом листке оказались стихи, написанные по-французски, каждая строфа заканчивалась словами: «Кто владеет моим сердцем? Прекрасная Маргарита!»
Но... прошло еще целых четыре года, прежде чем они поженились. Маргарите было 25 лет, Александру – 29: весенним погожим днем 1806 года в Москве, в храме на Пречистенке, состоялось венчание красавицы Маргариты Нарышкиной и самого молодого генерала России Александра Тучкова.

Портрет М.М. Нарышкиной:




Портрет А.А. Тучкова. Дж. Доу, с оригинала А. Варнека, 1813 г.:




Когда молодые выходили из церкви, к невесте в ноги неожиданно бросился нищий в ужасных лохмотьях и закричал пронзительным голосом, леденящим душу: «Мать Мария, возьми свой посох!» На мгновение все оцепенели. Испуганная девушка машинально взяла из рук старика сучковатую палку, и свадебная процессия двинулась дальше.
Тогда бедная Маргарита не знала, что в этот миг из рук юродивого она приняла свою удивительную и жестокую судьбу…

Дама в солдатской шинели


О странном происшествии с нищим скоро все забыли. И лишь Маргарита зачем-то сохранила свой самый необычный свадебный подарок — сучковатую дубовую палку. Ее, вместе с прочим багажом молодая чета увезла в свое тульское имение сразу после венчания.
Но тихое семейное счастье Тучковых продлилось лишь год: весной 1807 года Наполеон вторгся в Пруссию, и Александру Тучкову было приказано спешно явиться в месторасположение своего полка. Он очень удивился, что молодая жена не вышла его провожать. «Может, оно и к лучшему, — подумал Тучков, садясь в карету, — долгие проводы — лишние слезы».
В тот момент он не обратил никакого внимания на худенького юношу в солдатской шинели, примостившегося рядом с кучером на козлах экипажа. И лишь на ближайшем постоялом дворе он с удивлением обнаружил в юноше… свою любимую Маргариту!
Так Маргарита Михайловна начала сопровождать мужа в военных походах (что в недалеком будущем повторит знаменитая «кавалерист-девица» Надежда Дурова) и стала настоящим подарком судьбы для всех солдат: она была им и за повара, и за лекаря. Никто никогда не слышал от нее жалоб и упреков, хотя походная жизнь для изнеженной столичной барышни, привыкшей к душистому мылу, тонкому белью и мягкой постели, была крайне тяжела. В ее гардеробе был только старый мужской мундир, пропахший костром, да грубые солдатские штаны. Ее волосы быстро выгорели на солнце, а лицо обветрилось. Она мужественно перенесла и знаменитый переход русской армии через замерзший Ботнический пролив.
«Переход был наитруднейшим, — вспоминал после Барклай-де-Толли, — солдаты шли по глубокому снегу, часто выше колен. Понесенные трудности одному лишь русскому преодолеть только можно».
Но Маргарита была счастлива — ведь она находилась рядом с любимым и ежедневно спасала жизнь десяткам раненых. Быстро обучившись в дороге искусству сестры милосердия, Маргарита Михайловна ловко зашивала солдатам рваные раны, накладывала повязки. Она чистила картошку, варила на костре нехитрую похлебку, а по вечерам с удовольствием ухаживала за лошадьми.
В 1811 году, после рождения наследника Николая, муж уговорил Маргариту вернуться домой и посвятить себя воспитанию сына.

Вещий сон предсказал смерть


Прошло время. Однажды, заснув рядом с кроваткой маленького Николеньки, Маргарита увидела кошмарный сон: как будто она бродит по незнакомому городу, на стенах которого то и дело мелькает кровавая надпись на французском языке — «Бородино». А потом, будто бы, к ней в спальню заходят отец с братом и протягивают ей Николеньку со словами: «Мужайся, родная, твой муж пал со шпагой в руках на полях Бородина. Вот все, что теперь у тебя осталось от него…».
В ужасе проснувшись, Маргарита побежала к мужу и умоляла его никогда не ездить в загадочное Бородино. Не найдя на карте названия этого небольшого населенного пункта Александр Тучков поспешил успокоить жену: «Забудь, милая, куда ночь — туда и сон!»
Спустя два с половиной месяца, 26 августа 1812 года, в сражении под Бородино, генерал Тучков был убит прямым попаданием пушечного ядра.
Узнав о судьбе своих сыновей - Николай смертельно ранен, Павел попал в плен, Александр убит - матушка их, Елена Яковлевна, без крика и слез опустилась на колени, сказала: «Твоя, Господи, воля...» Потом попросила поднять ее: глаза больше не видели. Отыскали лучшего лекаря. Но она сказала: «Не надо. Мне не на кого больше смотреть...»
Женщины старой России... Много ли мы знаем о них? И почему так редко задаемся простым вопросом: а откуда они взялись - блистательная череда героев 1812 года, декабристы, люди искусства, писатели и поэты, первооткрыватели науки, отважные земле- и морепроходцы, государственные деятели - все те, кому Россия обязана своей сильного и могучего государства? Почему забываем мы, что все они - дети своих матерей, взращенные их любовью, наученные их словом и примером?
Ослепшая от слез Маргарита долго искала тело своего мужа среди сотен изувеченных трупов, разбросанных по Бородинскому полю. Не найдя ничего, кроме фамильного перстня с рубином, она решила построить на поле храм в память о своем муже и всех, кто сложил свою голову в этом сражении. Для этого Маргарита продала все свои драгоценности, заложила имение в Туле, и к 1820 году Спасская церковь (по имени иконы, которую подарил ей муж) была закончена.
К этому времени сын Николай подрос, мать его обожала, ибо с каждым месяцем в нем все явственнее проступали черты Александра. Маргарита переехала в Петербург, где мальчика приняли в Пажеский корпус. Казалось, жизнь выравнивается, время залечивает раны.

Портрет М.М. Тучковой:




Но наступил роковой для семьи Маргариты 1826 год.
По делу декабристов в Сибирь на каторгу пошел ее младший брат Михаил. Потом, не выдержав испытания, умерла мать, а следом за ней скарлатина унесла 15-летнего Николая.
Вне себя от горя, несчастная Маргарита привезла его тело на Бородинское поле, похоронила в склепе Спасской церкви и вновь поселилась в старой избушке.
Мать была близка к помешательству, она буквально почернела от горя. Окрестные крестьяне прозвали ее за глаза «полуночной княгиней»: по ночам ей слышалось, что муж и сын зовут ее, она выбегала в поле и часами бродила в темноте, рыдая и бормоча что-то непонятное. Утром слуги находили княгиню в склепе в глубоком обмороке. Она думала о самоубийстве, и даже написала в письме своей подруге: «Скучно жить — страшно умереть…»
Все изменилось в судьбе Маргариты Тучковой после долгой беседы с митрополитом Филаретом, который сумел убедить бедную женщину, что она ведет жизнь нехристианскую, ведь ее личная боль — это лишь часть общей боли: «Господь дает тебе знак: послужи страждущим, коими кишит грешная земля наша». И Маргарита организовала общину для обездоленных женщин и сирот, в которой сама ходила за больными и делала всю тяжелую работу. Служить другим Маргарите оказалось не просто — не было ни опыта, ни умения общаться с простыми людьми, но постепенно жизнь общины наладилась, и в 1833 г. она превратилась в Спасо-Бородинское общежительство. Спустя три года Тучкова приняла малое пострижение и стала инокиней Меланией.
В 1837 г. на Бородинском поле отмечалось 25-летие войны 1812 года. Были маневры армии, множество гостей во главе с императором Николаем I. Для Мелании это празднование оказалось слишком тяжелым, и она слегла. Государь навестил больную и на прощание спросил, что он может сделать для нее. И она попросила об одном — отпустить на волю брата Михаила.
Вряд ли эта просьба понравилась царю, но отказать Тучковой он не смог. Вскоре брат вернулся с каторги.
К тому времени, точнее, 28 июня 1840 г. состоялось пострижение инокини Мелании в мантию с именем Мария, а на следующий день она была возведена в сан игуменьи.
Так сбылось предсказание московского юродивого: почти двадцать лет, до самой своей смерти, мать Мария каждый вечер обходила монастырский двор, опираясь на дубовый посох, подаренный в день свадьбы.

Настоятельница Спасо-Бородинского женского монастыря, игуменья Мария.




Игуменье Марии принадлежит инициатива проведения ежегодных Бородинских торжеств и круглосуточного поминовения русских воинов, которое совершалось в монастыре. На территории обители были воссозданы укрепления одной из Багратионовых флешей. Мемориальный характер носит и посвящение монастырского собора Владимирской иконе Божией Матери, ведь само Бородинское сражение происходило в день церковного празднования Сретения Владимирской иконы – 26 августа.
5 декабря 1840 года, мать Мария стада восприемницей принявшей православие принцессы Марии Гессен-Дармштадтской, невесты наследника престола, Цесаревича Александра Николаевича, в будущем - императрицы Марии Александровны.
Она не была святой, не являла чудеса исцеления, но сделала столько добра, что когда ее хоронили, все монахини так плакали, что не могли петь, и погребение прошло без хорового пения, положенного по православному обряду. До последних дней жизни игуменья Мария жила в доме напротив усыпальницы мужа и сына. Словно предчувствуя кончину, незадолго до смерти, она сожгла письма мужа к ней, не желая, что бы их читали чужие люди. Игуменья Мария скончалась 29 апреля 1852 года.
Она не была внесена в церковные анналы как праведница и страстотерпица. Но на самом деле Маргарита Тучкова ею была — точно так же, как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она, как и эти женщины, лишь несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути…




Использованы материалы статей:
биография М. Тучковой с сайта http://www.allbestpeople.com
Е. Анисимов «Смерть и жизнь на Бородинском поле».
А.В. Репников «Над вечным покоем: Маргарита Тучкова»
Н. Туровская «Тайна “полуночной княгини“»

@темы: 18 век, 1800, 1810, 1820, 1830, 1840, 1850, я все необычное люблю, в стиле ретро

00:26 

Тарас Шевченко. Портреты Усковых

Шевченко
Т. Шевченко. Портрет А.Е.Усковой
cепия, (лето 1853-1854)



Уже в Оренбурге, когда адъютант генерал-губернатора гр. В.А Перовского получил новое назначение — пост коменданта Новопетровского укрепления — к нему стали обращаться знакомые Тараса Шевченко с просьбами облегчить участь этого рядового. Не исключено, что потомок запорожских казаков Ираклий Александрович Усков что-то слышал об украинском поэте и художнике еще во время недолгого проживания в Киеве. Прибыв же в 1853 г. на место службы, он нашел Шевченко в весьма жалком состоянии. Годы солдатчины подорвали его здоровье. Но гораздо тяжелее, чем физические трудности, поэт переносил моральные страдания от издевательств офицеров, запрета на переписку с друзьями, литературное и изобразительное творчество.


Шевченко
Т. Шевченко. Портрет И.А.Ускова
итальянский карандаш, (лето 1853-VII.1857)



Новый комендант осторожно и постепенно, опасаясь доносов подчиненных, начал смягчать режим службы для Шевченко, кроме того радушно открыл для рядового двери своего дома. Однако Тарас Григорьевич, привыкший не доверять офицерам, поначалу с подозрением отнесся к своему благодетелю. Растопить лед недоверия удалось супруге коменданта Агафье Емельяновне. В комендантше Шевченко сразу почувствовал бескорыстного друга. Да и для самой госпожи Усковой он стал желанным собеседником.

«Так как Шевченко был очень развитой человек, с прекрасной памятью, то темы для разговоров во время прогулок были очень разнообразны; они вызывались каждым предметом или явлением, на который почему-либо обращалось внимание во время прогулки. Благодаря этому разговоры с ним всегда были далеки от местных сплетен и доставляли большое удовольствие» — вспоминала Агафья Емельяновна, отвечая на вопросы биографа Шевченко А.Конисского. — «Сначала Шевченко очень боялся моего мужа, считал его деспотом; мне много приходилось с ним спорить, и я наконец достигла того, что они сблизились».


Шевченко
Т. Шевченко. Портрет А.Е.Усковой
cепия, (лето 1853-1854)



В результате Ираклий Александрович стал фактически доверенным лицом Тараса Григорьевича. Усков получал письма, посылки с книгами и принадлежностями для рисования, а также денежные переводы от друзей Шевченко на свое имя; фактически освободил поэта от несения службы и позволил не заступать в караул, нанимая за себя других солдат.

7 января 1854 года комендант Новопетровского укрепления подал рапорт корпусному командиру с просьбой разрешить Шевченко написать масляными красками запрестольный образ для местной церкви. Однако получил отказ. Хотя официально обойти запрет на изобразительное творчество не удалось, Усков позволил Шевченко рисовать в летней беседке или кибитке, установленной в саду возле дома. В вырытой рядом землянке Тарас Григорьевич прятал свои рисунки. От мечты о красках и живописи все-таки пришлось отказаться, но карандашом и сепией работать удавалось.

Свой досуг Шевченко посвящал детям Усковых: нянчился и играл с ними, рассказывал о своей родине, пел украинские песни, плел корзины и делал удочки. Сильнее всего привязался поэт к старшей дочери Ираклия Александровича и Агафьи Емельяновны Наталье. Наталенька тоже полюбила «дядю Горича», как она называла Тараса Григорьевича. «Истый Тарас Горич, мое серденько, моя ясочка!» — приговаривал поэт, целуя свою любимицу.


Шевченко
Т. Шевченко. Портрет А.Е.Усковой с дочерью Наташей
cепия, (1854)



Несмотря на то, что отношения Шевченко с семьей коменданта были очень теплыми и сердечными, полностью избежать размолвок им все же не удалось. Благодарность в душе измученного неволей творца дала росток и иному чувству: он влюбился в Агафью Емельяновну — «прекрасную Агату». «Это одно единственное существо, которым я увлекаюсь до поэзии...» «Да и могло ли быть иначе в присутствии высоко нравственной и физически прекрасной женщины? Я полюбил ее возвышенно чисто, всем сердцем и всею благодарной моей душой» — признавался Шевченко в письме своему другу Брониславу Залесскому.

Как утверждала сама Агафья Емельяновна: «Разговора о его сердечных чувствах у нас никогда не было: муж мой был человек серьезный. Шевченко таких разговоров не вел ни с ним, ни со мною».

Однако об этом заговорил кое-кто из охочих до сплетен офицеров. Чтобы «пресечь толки» комендантша отказалась от прогулок. И видимо для профилактики дала понять влюбленному поэту, что расположение к нему продиктовано лишь сочувствием. Шевченко воспринял это как попытку напомнить о его незавидном статусе: «Агата имела неосторожность попрекнуть меня своими благодеяниями, и я отряхнул прах от ног своих и повторил слова флорентинского изгнанника: горек хлеб подаяния и жестки ступеньки чужого крыльца...».

Когда 21 июля 1857 г. Ираклий Александрович Усков получил официальное известие об освобождении рядового Шевченко, он не стал дожидаться указа об отставке из Оренбурга, а выдал на свой страх и риск пропуск до самого Петербурга. (За что впоследствии получил строгий выговор от корпусного командира).

2 августа Шевченко простился с Новопетровским укреплением и его комендантом, оставив семейству Усковых на память пять пейзажей, портреты Агафьи Емельяновны, Ираклия Александровича, Наташи и ее няни.

Шевченко
Т. Шевченко Казашка Катя
cепия, (1856-VII.1857)
«Казашка Катя» — одна из наиболее известных работ Шевченко, на ней изображена няня Наташи Усковой в казахском костюме



После отъезда Шевченко некоторое время продолжал переписываться с Усковым, находясь в Астрахани, а затем в Нижнем Новгороде. 4 июля 1858 г. написал уже из Петербурга. Однако, на два последних письма Ираклия Александровича от 20 августа и 9 сентября (того же года) Тарас Григорьевич не ответил, и переписка прервалась.

Смерть поэта в 1861 г. стала для семейства Усковых тяжелым ударом. Наталенька еще много лет спустя не могла без слез вспоминать любимого «дядю Горича».

Полковник И. А. Усков занимал должность коменданта Новопетровскаго укрепления (переименованного в 1858 г. в «Александровский форт») до 1865 г., когда форт был упразднен и срыт. Выйдя в отставку, Ираклий Александрович поселился сначала в Саратове, потом в Москве, где и умер 15 июля 1882 г. Его жена и дочь Наталья оставили воспоминания о Тарасе Шевченко.

@темы: 1850, я все необычное люблю, в стиле ретро

22:10 

Моды XIX-начала XX веков



1800-1810-е









1820-1830е




















1840-1860-е





















1870-1880-е








 













1890-е-1900






















@темы: 1810, 1820, 1830, 1840, 1850, 1860, 1870, 1880, 1890, 1900, я все необычное люблю, в стиле ретро

05:21 

Елизавета Австрийская


Урожденная принцесса Баварская, в 1854 году она стала женой австрийского эрцгерцога Франца-Иосифа. Свободолюбивая, независимая, своевольная Амалия-Евгения-Елизавета, или Зисси, как ее звали близкие, весьма скептически относилась к замужеству. Уже в зрелом возрасте императрица признавалась своей дочери Марии Валерии: «Замужество – это абсурдный институт. К нему приобщаешься практически в детском возрасте и уступаешь, подчиняясь воле других, связываешь себя клятвой, которую не понимаешь и о которой будешь сожалеть всю жизнь, будучи не в состоянии от нее освободиться».


Ludwig Angerer

А ведь начиналось все как в сказке! Родилась Зисси в 1837 году в семье герцога Максимилиана-Иосифа, одного из многочисленных Габсбургов, и Марии-Людовики, дочери короля Баварии. В 1853-м юная герцогиня отправилась в Австрию, чтобы присутствовать на помолвке австрийского императора Франца-Иосифа и Елены – своей старшей сестры. Однако судьба распорядилась иначе: Франц-Иосиф предпочел ребячливую, непосредственную Зисси утонченной красавице Елене. Никто и представить себе не мог, в том числе и сама Зисси, что именно она, а не сестра – более красивая, образованная и серьезная – способна пленить сердце самого желанного холостяка Европы.


Franz Schrotzberg

Подобный выбор пришелся не по душе его деспотичной матери, эрцгерцогине Софии, которую характеризовали как «единственного мужчину в императорской фамилии». Но на этот раз Франц-Иосиф проявил настойчивость, и спустя восемь месяцев состоялась пышная свадьба. Вена с воодушевлением готовилась к встрече с будущей императрицей. Специально к ее приезду был построен Мост Елизаветы. Через много лет, за несколько дней до ее трагической гибели, этот мост неожиданно обрушится…


Ludwig Angerer

Жизнь Зисси не назовешь счастливой. Благодаря несложившимся взаимоотношениям со свекровью молодую императрицу постоянно унижали, попрекали в том, что у нее манеры обыкновенной горожанки. А когда родился первый ребенок, маленькая Софи, ее попросту отобрали у матери, поручив заботам кормилицы.


Franz Xaver Stöber

Молодая женщина тяготилась нравами австрийского двора. Озорная и смешливая в юности, она замкнулась в себе. И действительно: на всех портретах той поры Елизавета выглядит грустной и потерянной.


Ludwig Angerer

Довольно скоро юная императрица просто возненавидела и свое окружение, и королевские апартаменты, которые она называла «дворцом-тюрьмой». И была очень счастлива, когда на время вырвалась отсюда – вместе с мужем отправилась в Венгрию. Здесь Зисси устроили восторженный прием – венгры с обожанием относились к молодой императрице, которая, конфликтуя с матерью Франца-Иосифа, олицетворяла для них дух сопротивления австрийскому господству. Они любовались ею: ведь она красива и стройна, у нее изумительные длинные волосы. Елизавету награждали эпитетами «прекрасная», «дивная». «Полубогиней мечты» окрестил ее и итальянский поэт Габриэль д’Аннунцио. Но чаще всего в Венгрии (впрочем, как и в Австрии) ее называли «баварской розой».


Amanda Bergstedt

Надо признать, Зисси отвечала этому народу взаимностью. Она прекрасно говорила по-венгерски, любила обычаи, танцы и песни этой страны. А еще обожала долгие прогулки верхом по бескрайним живописным равнинам.


Emil Rabending

Шли годы. Появился на свет сын Рудольф, которого также отобрали у матери. Отношения Елизаветы с мужем оставляли желать лучшего, они все больше отдалялись друг от друга. Непростая обстановка дома, с бесконечными ссорами двух женщин, изматывала императора. Не удивительно, что ему так захотелось разрядки и покоя! По двору поползли слухи о его романтических увлечениях. Елизавета была оскорблена: муж предал ее! Она сбежала из Вены. Предлогом послужило плохое здоровье.


Josef Kriehuber

Зисси действительно серьезно заболела: чахотка не щадит и обитателей дворцов… Она уехала на остров Корфу, где и провела большую часть своей жизни. Там и произошла встреча императрицы с венгерской цыганкой, слывшей на острове непревзойденной прорицательницей. Говорят, старая гадалка поведала Елизавете о страшном роке, витающем над ее семьей. Зисси вернулась в свои апартаменты глубоко подавленная, вся в слезах. «Все мы умрем страшной смертью…» – повторяла она услышанное от цыганки.


Emil Rabending

В 1865-м она отправила супругу письмо, больше похожее на ультиматум: «Я хочу, чтобы все, что имеет отношение ко мне лично, зависело бы только от моего собственного решения».



Император, всецело занятый в это время очередным романом, согласился. Отныне Зисси сама занималась воспитанием детей, и никто больше не вмешивался в ее дела. Почти два года она провела вне дома. А по возвращении завела себе отдельную спальню со звонком на внешней стороне дверей…


Emil Rabending

В июне 1867-го Франц-Иосиф был провозглашен и венгерским монархом, а Зисси, к великому восторгу венгров, стала их королевой. Она влияла на политику двора в отношении Венгрии, не стесняясь давать своему супругу советы (кстати, весьма дельные), к которым он обычно прислушивался. В то же время королева поддерживала венгерские республиканские круги – даже завещала использовать все доходы от написанного ею поэтического сборника исключительно для помощи несчастным детям политических узников австро-венгерской монархии.


Franz Xaver Winterhalter

Смерть действительно неотступно следовала за Габсбургами. У Елизаветы было четверо детей. Но старшая дочка Софи умерла в юном возрасте. В 1866 году погиб наставник Зисси – граф Майлат. Старый добрый придворный при загадочных обстоятельствах утонул в баварском озере Штарнберг. Императрица очень горевала о своем учителе, с которым ее связывали теплые, дружеские отношения.


Emil Rabending

Следующее трагическое известие пришло год спустя из далекой Мексики. Там повстанцами был расстрелян брат Франца-Иосифа – Максимилиан, посаженный на престол оккупировавшими страну французами.


Максимилиан
Franz Xaver Winterhalter

В 1886 году в водах злополучного Штарнбергского озера погиб король Баварии Людвиг II – любимый кузен Елизаветы. Незадолго до трагедии венценосный романтик был объявлен сумасшедшим и отстранен от власти. Но настоящее потрясение ждало род проклятых королей впереди.


Людвиг Баварский

В 1889 году императрицу постиг новый удар: ее единственный, тридцатилетний сын, наследник престола эрцгерцог Рудольф, покончил с собой вместе с семнадцатилетней баронессой Марией Вечера в охотничьем домике замка Майерлинг, расположенного неподалеку от Вены.


Мария Вечера
Georges Jansoone

Накануне у Рудольфа состоялся неприятный разговор с отцом: Франц-Иосиф узнал, что сын пытается получить разрешение Ватикана на аннулирование брака с законной женой эрцгерцогиней Стефанией, чтобы затем обвенчаться с баронессой Вечера, имевшей в венском свете не самую лучшую репутацию. Встреча закончилась криком разъяренного императора: «Ты не достоин быть моим наследником!»


Кронпринц Рудольф
Georges Jansoone

Рудольф оставил несколько прощальных писем: к матери, к жене, к лакею. Ни в одном из них не объясняя причин самоубийства, эрцгерцог просил похоронить его вместе с возлюбленной возле монастыря Хайлигенкройц.


[


@темы: 1850, 1860, 1870, 1890, я все необычное люблю, в стиле ретро

21:00 

Ада Лавлейс, дочь лорда Байрона - первый в мире программист



Ада Августа Байрон-Кинг, графиня Лавлейс, родилась 10 декабря 1815 г. в Англии. Ада появилась на свет в нерядовой для консервативной чопорной страны семье. Ее отец, поэт Джордж Ноэль Гордон, лорд Байрон, оставил супругу, отправившись в революционную гарибальдийскую Италию, и в семейном кругу больше не появлялся. Так что воспитание Ады целиком легло на хрупкие плечи матери — прелестной Анны Изабель Милбэнк, леди Байрон. Однако супруга поэта не впала в тоску и уныние, а, презрев светские пересуды, воспитала дочь и дала ей возможность получить самое передовое по тем временам образование. Девочка рано увлеклась музыкой и математикой, что не могло не радовать леди Байрон. Ибо все страхи ее мира таились в иных сферах — в области литературы и поэзии. Леди Байрон отчаянно старалась оградить дочь от рокового (это не метафора!) влияния «беглого» отца. От любого его влияния!
Ада самым неожиданным образом оправдала надежды матери.



В начале 1828 г. у нее вдруг появилась склонность проводить все свободное от обучения время за закрытыми дверями своей комнаты. Леди Байрон вполне закономерно заподозрила дочь в поэтическом сочинительстве и не на шутку перепугалась. «Тень отца» отчетливо и страшно замаячила на семейном горизонте. Несколько трудных вечеров Анна Изабель отчаянно преодолевала в себе материнский инстинкт в пользу «широты взглядов», а потом ее терпение лопнуло, и она потребовала у дочери отчета. Двенадцатилетняя девушка вытащила из-под кровати стопку бумаг и, отчаянно краснея от смущения, показала леди Байрон… профессионально выполненные чертежи летательного аппарата собственной конструкции. Ада сочиняла крылья!
А потом произошло страшное: Ада Августа заболела корью. Лечить этот тяжелый недуг в начале XIX века еще не умели, девушка стала инвалидом и провела в постели целых три года. Однако это время не было потеряно даром. Несгибаемая леди Байрон наняла самых лучших преподавателей Лондона, и девочка продолжила образование на дому.
Период болезни ввел в круг общения Ады Байрон великолепного математика и мистика Августа де Моргана. Де Морган, большой специалист в эзотерической нумерологии, очаровал юную Аду Августы магией чисел, обратил строгую логику математики в волшебство. Волшебство, определившее дальнейшую жизнь будущей графини Лавлейс.
Леди Байрон так и не удалось вытравить поэзию из сердца дочери. Она одержимо писала стихи — с помощью математики.
Настало время, и болезнь отступила. Аду Августу Байрон ожидал первый выход в свет…



Для понимания истоков феномена Ады Лавлейс необходимо уяснить, что собой представляло высшее общество Великобритании в начале далекого XIX в. Поверженный Бонапарт еще томился на острове Святой Елены, а Европа уже залечила военные раны и ринулась «в науку». Стали модны обсуждения «рыб и гадов морских», «движения небесных сфер и светил» и «поясов строения Земли», а затем, в 20–30-е гг., сделались обязательной нормой, показателем передовой европейской светсткости. Конечно, вся эта джентльменская ученость сильно отдавала любительством. Даже самого слова «ученый» тогда еще не изобрели (термин «scientist» был введен в обиход лишь в 1836 г.). Однако нельзя не признать, что высшее общество вполне было подготовлено к появлению в его среде женщины-математика.
Более того, общество жаждало обожать такую женщину!

Ада Байрон произвела фурор. Стройная, изысканно-бледная (сказывались три года заточения), умная, великолепно образованная да к тому же по натуре в немалой степени — дочь того самого Байрона! Столичные джентльмены осаждали прекрасную барышню толпами, вмиг растеряв ортодоксальную британскую чопорность.
И Ада не разочаровывала их! Увлеченность, посеянная в свое время де Морганом, дала обильные всходы. Красота, Математика и Мистика — вот настоящий портрет Ады Августы Байрон. Конечно, не обошлось и без ревнивых кривотолков. Кто-то из дам запустил «верные сведения» о том, что она, мол, неспроста пользуется таким оглушительным успехом. Мол, не обошлось тут без самого дьявола!



Как реагировала на эти инсинуации Ада Байрон? Да никак. Только улыбалась светлее, что, в свою очередь, привело к парадоксальному результату: общество влюбилось в нее еще больше. Это легко объяснить — мистика в многочисленных своих проявлениях почиталась в те времена за такую же науку, как и все остальные. В конце концов, что загадочнее — гордыня Люцифера, падшего ангела Света, или же теория чисел? Где больше тайн? Или же мера их таинственности равновелика?...
Девушка незамедлительно получила свой первый пожизненный титул: высшее общество Лондона провозгласило ее Диадемой круга.
На одном из таких светских раутов (весьма характерном для эпохи — это была технологическая выставка) 17-летней Аде Байрон был представлен выдающийся математик, профессор Кембриджа, член Королевского научного общества Чарлз Бэббидж.

Чарлз Бэббидж — человек, судьба которого неразрывно переплелась с судьбой нашей героини. Однако, чтобы приблизиться к пониманию истоков математики Чарлза Бэббиджа, необходимо вернуться к уже упоминавшемуся выше персонажу — к Наполеону I Бонапарту.
Франция, 1790 г. Гений великого императора реформирует континентальную Европу. Нет, речь здесь не о левостороннем движении. Вспомним другое, гораздо более революционное нововведение: метрическую систему мер и весов. Император вызвал к себе начальника Бюро переписи барона де Прони и дал ему задание. Необходимо было в самые сжатые сроки подготовить новые, прогрессивные таблицы логарифмов.
Барон не был силен в математике, но зато очень хорошо представлял себе теорию производства. В частности, то, что мы благодаря школьному обществоведению именуем разделением труда. И, повинуясь императорскому приказу, де Прони разработал технологию. Он разделил весь процесс вычисления на три этапа: первый, которым занимались сильнейшие математики,— разработка математического обеспечения, второй — организаторы вычислений на материалах обеспечения, третий — самые обычные, рядовые граждане, «вычислители», осуществляющие сам процесс.
Де Прони не повезло. Разработанные его Бюро таблицы так и не были изданы из-за войны. Однако спустя четыре десятка лет труды де Прони оказались на столе Бэббиджа.
Англичанин, изучив французский метод разделения математических расчетов, пришел в полный восторг. Затем у него возникла идея: а что, если «людей-вычислителей» заменит машина? Ведь требуемые вычисления совсем не сложны, представляя собой сложение и вычитание небольших чисел. Просто их очень много…
Проект стартовал в 1822 г., назывался он Difference Engine и должен был являть собой (в современной нам терминологии) громадный, чрезвычайно сложный арифмометр. Однако, несмотря на неплохое по тем временам правительственное финансирование, он благополучно заглох в 1834 г., его документация осела на складах и полках научных кабинетов. Причин тому было множество; основные из них — халатность главного инженера Джозефа Клемента и потеря интереса к проекту самого Бэббиджа. Дело в том, что уже в 1833 г. математик задумал еще более революционный шаг: заставить машину работать под управлением внешней программы, а не заменить механическим устройством один процесс. Этот агрегат под названием Analytical Engine разрабатывался Чарлзом Бэббиджем на бумаге в 1834 г. Это и был самый первый в мире полностью функциональный компьютер.
Но не будем заострять внимание на технических деталях. Важнее то, что в 1833 г. Бэббидж встретился с Адой Августой Байрон.



На технологической выставке Бэббидж впервые публично заявил о своей новой разработке. Естественно, его речь была перенасыщена математическими терминами и логическими выкладками, которые неподготовленному лондонскому денди понять было сложно. А Ада поняла, и более того — забросала Чарлза вопросами по существу проблемы. Бэббидж был совершенно очарован дарованиями девушки, а Аде стало, наконец, ясно, что именно она искала. Одержимость юной леди математикой обрела воплощение. И какое! Открылась новая, неизведанная возможность при помощи математики заставить машину помогать человеку решать математические же задачи!
Только ли математические? Да, только. Однако много ли в жизни просвещенного человечества областей, в которых не фигурируют математические задачи?..
Ада с головой погрузилась в проект Бэббиджа. Математика расправила крылья и воспарила. Диалог Бэббиджа и Ады Августы, в личных встречах и в оживленной переписке, продолжался долгие годы.

Нельзя сказать, что жизненные интересы Ады Августы зацикливались исключительно на математике и вычислительной технике. Так, в 1835 г. в возрасте 20 лет Ада Августа вышла замуж за своего давнего обожателя Уильяма, восемнадцатого лорда Кинга. Действительно давнего — лорд Кинг ухаживал за своей суженой в течение 10 лет. Через три года лорду и леди Кингам было пожаловано графство, а с ним и графские титулы. Так наша героиня и получила свое полное имя — Ада Августа Байрон-Кинг, графиня Лавлейс. К этому времени в семействе Лавлейс было уже трое детей.
Вряд ли граф Уильям ощущал себя истинным главой семьи. Несмотря на громкий титул, правила в доме теща, леди Байрон, в очередной раз доказав свой несгибаемый характер. Поначалу граф еще пытался что-то изменить, на чем-то настоять, но потом по-британски пожал плечами, решил, что здоровье дороже, и всецело посвятил себя управлению ленным владением. Графиня Ада занималась с детьми, увлекалась музыкой и продолжала свой диалог с Бэббиджем.



Никто не хотел субсидировать изготовление машины Бэббиджа. Проект подразумевал большое количество высокотехнологичных деталей, которые в первой половине XIX столетия обошлись бы спонсирующей стороне невероятно дорого — в куда большую сумму, чем составляли тогда большинство частных состояний империи. Но государство не решалось субсидировать проект, чему виной, не в последнюю очередь, было замораживание первой разработки Бэббиджа. Однако профессор не отчаивался. Он выступал по всей Европе с циклом лекций о своей машине и рассказами о чудесах науки, которые станут доступны, как только она будет построена. Идея будоражила умы, способные видеть будущее.
В 1842 г. выдающийся итальянский математик Луис Менебреа, преподаватель баллистики Туринской артиллеристской академии, впоследствии генерал в армии Гарибальди, а затем премьер-министр Италии, опубликовал фундаментальный труд о вычислительной машине Бэббиджа. Книга была написана на французском языке, и Бэббидж обратился к Аде Августе с просьбой перевести ее на язык туманного Альбиона. Графиня Лавлейс, резонно рассудив, что ее матери вполне достаточно, чтобы возиться с зятем, внуками и с многочисленным штатом домашней прислуги, с радостью вернулась в мир математики. Ада Августа решила полностью посвятить себя любимой науке, работе над машиной Бэббиджа и ее широкой популяризации.

В течение девяти месяцев графиня работала над текстом книги, попутно дополнив ее собственными комментариями и замечаниями. Перевод статьи Менабреа занимает 20 страниц, примечания же Ады Лавлейс — в два с половиной раза больше, 50 страниц. Одно это сопоставление показывает, что графиня Лавлейс отнюдь не ограничилась ролью простого комментатора. При этом статья Менабреа касается в большей степени технической стороны дела, тогда как примечания Лавлейс — математической.
Произошло чудо — эти комментарии и замечания сделали ее известной в мире высокой науки, а заодно и ввели в историю. Она разглядела в машине то, о чем боялся думать сам изобретатель. "Суть и предназначение машины изменятся от того, какую информацию мы в нее вложим. Машина сможет писать музыку, рисовать картины и покажет науке такие пути, которые мы никогда и нигде не видели" - писала графиня Лавлейс. Вместе с тем она очень четко представляла себе границы возможностей универсальной вычислительной машины: "Желательно предостеречь против преувеличения возможностей Аналитической машины. Аналитическая машина не претендует на то, чтобы создавать что-то действительно новое. Машина может выполнить все то, что мы умеем ей предписать. Она может следовать анализу; но она не может предугадать какие-либо аналитические зависимости или истины. Функции машины заключаются в том, чтобы помочь нам получить то, с чем мы уже знакомы". Ада Августа предвидела предназначение компьютера еще до того, как его создали. То, что сегодня вошло в нашу жизнь — многофункциональный инструмент для решения огромного количества прикладных задач, Ада разглядела в далеких 40-х гг. XIX в.!

После получения первых корректур перевода она пишет Бэббиджу: "Я хочу вставить в одно из моих примечаний кое-что о числах Бернулли в качестве примера того, как неявная функция может быть вычислена машиной без того, чтобы предварительно быть разрешенной с помощью головы и рук человека. Пришлите мне необходимые данные и формулы". По ее просьбе Бэббидж прислал все необходимые сведения и, желая избавить Аду от трудностей, сам составил алгоритм для нахождения этих чисел. Но допустил очень грубую ошибку в составлении алгоритма, и Ада сразу же это обнаружила. Она самостоятельно написала программу для вычисления чисел Бернулли.
10 июля 1843 г. Чарлз Бэббидж прочел в очередном письме от Ады:
"Я хочу ввести пример в одно из примечаний: вычисление чисел Бернулли в качестве примера вычисления машиной неопределенной функции без предварительного решения с помощью головы и рук человека. Я — дьявол или ангел. Я работаю подобно дьяволу для Вас, Чарльз Бэббидж; я просеиваю Вам числа Бернулли…"
И буквально через неделю математик получил по почте первую в истории человечества компьютерную программу — алгоритм, представляющий собой список операций для вычисления тех самых чисел Бернулли. Предвосхищая "этапы" компьютерного программирования, Ада Лавлейс, так же как и современные математики, начинает с постановки задачи, затем выбирает метод вычисления, удобный для программирования, и лишь тогда переходит к составлению программы. В своей программе Ада использовала циклические вычислительные методы, облегчающие использование вычислительных машин. Понятие цикла она сама ввела и определила в комментариях к работе Менабреа.

Чуть позже Бэббидж вместе с супругами Лавлейс принялся за разработку и практическую проверку системы беспроигрышных ставок на бегах, рассчитывая таким путем добыть средства для продолжения работы над вычислительными машинами. "Система" не оправдала надежд, проиграв довольно внушительную сумму, Бэббидж и граф Лавлейс отказались от участия в совершенствовании "системы". Но леди Ада, азартная и упрямая, продолжала играть. Она оказалась сильно втянутой в эту рискованную игру, истратив на нее все свои личные средства, причем ее супруг и не подозревал об этом. Более того, леди Ада оказалась в руках группы мошенников, которые шантажировали ее.

1850 г.

Ада Августа Байрон-Кинг, графиня Лавлейс, скончалась в 1852 г. от кровопускания при попытке лечения рака матки — в возрасте 37 лет. Она покоится подле усыпальницы своего отца, лорда Байрона, которого ни разу в жизни не видела,— отца, от которого наша героиня, несмотря на все материнские уловки, унаследовала понимание: жить — значит гореть!

Источники: http://schools.keldysh.ru/sch444/museum/PRES/PL-5-02.htm, http://chernykh.net/content/view/465/677/

@темы: 1830, 1840, 1850, я все необычное люблю, в стиле ретро

01:22 

Эмили Иден


Сколько их было, дочерей, сестер и супруг английских аристократов, не оставивших после себя никакой памяти, кроме, разве что, портретов, написанных известными или малоизвестными художниками? Не сосчитать.
 
Но были и те, которым удалось оставить память о себе. Они сами писали картины. Они сами писали книги.
 
И теперь, несмотря на то, что жили они век-другой тому назад, мы можем сами составить их портреты, куда более живые, чем те, с которых они томно на нас взирают.
 
 
Эмили Иден (1797-1869) – одна из них.  
 
В семье Вильяма Идена, первого барона Окленда, весьма известного в свое время английского государственного деятеля, было четырнадцать детей. Куда бы ни посылали его с дипломатической миссией, верная леди Окленд неизменно сопровождала супруга. Так что их дети появлялись на свет не только в родной Англии, но и в Ирландии, Испании, Франции и Голландии.
 
Эмили, седьмой ребенок, родилась в 1797 году. Может, постоянные переезды семьи и помогли ей в будущем, когда она отважилась пуститься в куда более дальнее путешествие?..
 
Увы, сложно сказать, почему умная и красивая молодая аристократка (а, судя по сохранившемуся портрету мисс Эмили Иден, которой хранится в Национальной портретной галерее, и на котором ей уже далеко за тридцать, она была истинной изысканной красавицей эпохи Романтизма) не вышла замуж.
 
Зато можно с уверенностью утверждать, что ее жизнь была более чем насыщенной - несмотря на то, что ей так и не довелось стать хозяйкой в доме супруга, она стала хозяйкой в доме своего холостого брата Джорджа Идена, лорда Окленда. Несмотря на семилетнюю разницу в возрасте, они были очень близки, и именно с братом Эмили отправится в главное путешествие своей жизни. В 1835 году он получит высокий пост генерал-губернатора Индии и уедет к месту службы. С ними отправится и младшая сестра, Фанни.
 
Морское путешествие оказалось довольно изматывающим – пять долгих месяцев провели они на корабле. Поэтому неудивительно, что, когда 4 марта 1836 года путешественники, наконец, достигли Калькутты, в радостной суматохе они полностью позабыли о том, что это был день рождения Эмили. Ей как раз исполнилось тридцать девять лет...
 
 
slonАнглия осталась далеко позади. Впереди была незнакомая ей Индия. Эмили будет тосковать по дому, но это не помешает ей с интересом впитывать новые впечатления. А они свалились буквально лавиной. Конечно, Эмили и Фанни были дочерьми барона и сестрами графа, но к той роскоши, которая ожидала их в Индии, они оказались не готовы. Красная ковровая дорожка, расстеленная перед генерал-губернатором и его сестрами при торжественной встрече, резиденция, которая, по словам Эмили, была больше похожа на "дворец из Тысячи и одной ночи", бесчисленные слуги, которые бросались к хозяевам, стоило тем только выйти из своей комнаты.
 
"Это больше похоже на постоянное театральное представление. Все такое живописное и совершенно не-английское", - писала Эмили.
 
О, она записывала буквально все. Этот дневник, а, вернее, письма в форме дневника, уникален – жизнь Британской Индии 30-ых годов XIX века предстает во всем своем многообразии. Пусть взгляд автора довольно субъективен, пусть Индия показана такой, какой ее видела "белая аристократка" – описания с массой подробностей не становятся от этого менее увлекательными.
 
Жизнь протекала хотя и в роскоши, но не в ленивой неге. Постоянные посетители требовали внимания, светская жизнь требовала усилий и твердой хозяйской руки.
 
"Время для визитов у нас с десяти утра до часу дня, а принимать по сто или сто двадцать человек в день так утомительно, что теперь мы принимаем только по вторникам вечером и по четвергам утром, а в остальное время нас не будет дома".
 
Но вскоре, 21 октября 1837 года, лорд Окленд вместе с сестрами двинется дальше.
 
"И снова по воде, и снова, и снова. Вот уже восемнадцать месяцев мы путешествуем – пароходы, шатры, горы".
 
"Мы добрались до этого чудесного места с жизнерадостным пейзажем воскресным утром. Карликовые деревья, болота, тигры, змеи и река, которая то расширяется так, что больше похожа на озеро, то сужается, и деревья в джунглях задевают борта судна".
 
Да, чтобы добраться до городов, приходилось терпеть неудобства, но Эмили относилась к этому с юмором – если уж верблюдам не нравится тащить на себе шляпные картонки, а от ударов корабля то об один берег, то о другой, мебель в каюте трясется, а чернильница опрокидывается, заливая написанное, тут уж ничего не поделаешь. Впереди Патна, Бенарес, Аллахабад...
 
ind1В Лакхнау путешественников ожидал особо роскошный прием у наследника набоба этих земель: "Трон сделан из золота, балдахин и колонны покрыты тканью, затканной золотом и расшитой жемчугом и маленькими рубинами. Наш толстый приятель, князь, был разряжен так, чтобы соответствовать своему трону. Все его братья – по меньшей мере, двадцать человек - молодые джентльмены с весьма дурными манерами, тоже присутствовали. Жонглеры, танцовщицы и музыканты выступали в течение всего того времени, что мы завтракали. <…> После завтрака устраивали представление с бойцовыми слонами, носорогами и баранами, но мы, извинившись, отбыли, так как на подобных представлениях нередки несчастные случаи".
 
Город Дели ее поразил. "На мили вокруг нет ничего, кроме огромных руин мечетей и дворцов, а в самом городе стоит самая прекрасная мечеть, которую мы только видели. Она прекрасно сохранилась; построена она из красного камня и белого мрамора; к трем сторонам мечети ведут великолепные беломраморные лестницы; сегодня, когда мы были там, они были целиком заполнены людьми в ярких одеждах, собравшихся приветствовать генерал-губернатора – я никогда не видела столь потрясающего зрелища".
 
Но дело было даже не в великолепии – для англичанки Эмили Иден в Дели воплотилась история Индии, блистательная и трагическая.
 
Надпись на карнизе дворца Великих Моголов, выложенная драгоценными камнями, гласила: "Если есть на земле мир блаженства, то он здесь, здесь!", но сам нынешний Великий Могол, которого ей довелось увидеть, одиноко сидел в запущенном, некогда прекрасном саду, со стариком-слугой.
 
"Вкратце, Дели – место, наводящее на размышления. Это то, что осталось от потрясающего могущества и богатств, которые уходят и уходят в прошлое; я не могу отделаться от мыслей о том, что мы, ужасные англичане, "натворили дел", свели все к торговле, доходам, и все, все испортили..."
 
horseНужно было двигаться дальше. Наконец, достигнув Шимлы, путешественники задержались там на полгода. Лорд Окленд купил дом на холмах, и назвал его "Элизиум", в честь сестер – ведь английское слово "Иден", "Eden" изначает "рай". Эмили буквально влюбилась в этот дом, и постаралась обустроить жизнь в нем с наибольшими удобствами. Но и путешествовать по стране, и жить там генерал-губернатор Индии должен был вовсе не для собственного удовольствия. Его ожидали постоянные дела, а сестры.. Что ж, сестры помогали ему, как могли. Когда брат должен был посетить Пенджаб с официальным визитом, Эмили написала акварельный портрет королевы Виктории, который, будучи вставлен в раму из золота и бирюзы, должен был послужить подарком магарадже Ранжиту Сингху.
 
Да, Эмили еще и рисовала. Сохранилось более двух сотен ее работ. Бумага, карандаши, перья, акварельные краски – все это поставляли ей из Европы. Увлечение было серьезным, и пусть Эмили Иден была и осталась художником-любителем, она действительно рисовала очень и очень неплохо. Но главное – эти акварели, изображающие Индию, поистине уникальны.
 
Кто только не предстает на этих рисунках! Индийские князья и их придворные, прорицатели и факиры, жители гор, и даже слуги семьи Иденов и их многочисленные родичи. Роскошные костюмы, или, наоборот, скромная, но от того не менее живописная одежда простонародья, кони в потрясающих уборах, люди и пейзажи, здания и руины – художницу интересовало все.
 
Индия на ее рисунках и в ее письмах – потрясающе яркая и красивая страна, и, пусть невольно, и даже сама сознавая это, Эмили поддерживала миф о "варварском великолепии, сияющем золотом и жемчугом". Но даже если и так, не осознавать хрупкости этого великолепия Эмили уже не могла.
 
После семи месяцев в Шимле генерал-губернатор с сестрами отправился в Пенджаб, где их ожидал магараджа Ранжит Сингх, человек, который, как писала Эмили, "стал великим королем; победил множество сильных врагов; правит необыкновенно справедливо <…> и которого очень любит его народ". И при всем при этом языкатая леди не могла удержаться, описав первую встречу с магараджей так: "Он точь-в-точь похож на старую мышь, одноглазую и с серыми усами". Вернувшись в Шимлу, Идены, передохнув, отправились обратно в Калькутту, куда, навестив по пути Матхуру и Вриндавану, Акбар и Гвалиор, вернулись в марте 1840 г.
 
Их путешествие длилось два с половиной года!
 
emilyedenА еще спустя два года Эмили и Фанни Иден возвращаются в Англию. И лорд Окленд – тоже. 1838-1842 – это годы первой британско-афганской войны, закончившейся страшным кровопролитием. Это стоило генерал-губернатору и поста и здоровья (он получил удар, а несколько лет спустя скончался, оставив Эмили безутешной).
 
Что ж, индийский период в жизни Эмили Иден закончился. Но на самом деле все только началось.
 
В 1844 году избранные рисунки были опубликованы в виде прекрасного альбома, "Князья и народы Индии". В 1866 году выходит книга Up the Country: Letters Written to Her Sister from the Upper Provinces of India ("Вверх по реке: Письма, написанные сестре из Верхних Провинций Индии";) – она имела огромных успех и неоднократно переиздавалась, последний раз – в 1984 г. Кроме того, Эмили опубликовала два романа, действие которых разворачивается в Англии.
 
Эмили Иден, образованная, умная, одаренная, разносторонняя женщина – не так уж часто встречались ей подобные в те времена – не оставила наследников.
 
Но она оставила наследство – свои книги и рисунки.
 
Загляните в них, и Индия – такой, какой она была более полутора сотен лет назад – оживет.
 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 emily iden

Отсюда

@темы: я все необычное люблю, в стиле ретро, 1850, 1830

23:26 

Дармштадтская Золушка





Кто б ни был ты, но встретясь с ней

Душою чистой иль греховной,

Ты вдруг почувствуешь живей,

Что есть мир лучший, мир духовный.

Ф.И. Тютчев




Максимилиане- Вильгельмине Гессен -Дармштадтской было уготовано блестящее будущее. Так тогда, в 1840-х гг. считала вся Европа. И в самом деле: принцесса из маленького немецкого княжества, да еще и по слухам незаконнорожденная, вдруг стала невестой Русского Цесаревича Александра Николаевича. И сама принцесса тогда искренне верила в свое счастье, она еще не знала, что станет одной из самых несчастных императриц России.

«Что будет с Россией, если человек, поставленный царствовать над ней, неспособен владеть собой, подчиняется собственным страстям и не может их контролировать?» - писала императрица Александра Федоровна о своем сыне, будущем Императоре Александре II. И в самом деле Цесаревич с юных лет отличался легкомыслием. Он поверг своих родителей в ужас известием о том, что готов отречься от престола и жениться на польской аристократке, фрейлине Ольге Калиновской. Великая Княжна Ольга отмечала, что Калиновская как и у всех польских женщин было нечто "кошачье в облике". Вскоре Ольга была выдана замуж за польского аристократа Огинського, а Александр, будучи в Дармштадте, познакомился с принцессой Максимилианой. Тогда же было принято решение пригласить ее в Россию. О первой встрече Наследника с его будущей невестой пишет Ольга Николаевна:

"Старый герцог принял его, окруженный сыновьями и невестками. В кортеже совершенно безучастно следовала и девушка с длинными, детскими локонами. Отец взял ее за руку, чтобы познакомить с Сашей. Она как раз ела вишни, и в тот момент, как Саша обратился к ней, ей пришлось сначала выплюнуть косточку в руку, чтобы ответить ему. Настолько мало она рассчитывала на то, что будет замечена. Это была наша дорогая Мари, которая потом стала супругой Саши".










В России принцесса была очень тепло принята Императорской семьей, несмотря на то, что Александра Федоровна некоторое время противилась выбору сына. Она перешла в православие, приняв имя Мария Александровна, начала учить русский язык и историю под руководством В.А. Жуковского. И снова вернусь к мемуарам Ольги Николаевны: "Я помню совершенно точно, что после первых официальных слов и поздравлений по случаю помолвки Мари Дармштадтская обняла меня как сестра; сестрой она мне и осталась до смерти. По ее манере себя держать и по выражению ее лица ей никак нельзя было дать ее пятнадцати лет, настолько умным было это выражение и настолько серьезным все ее существо. Только по яркому румянцу можно было догадаться о ее волнении. Папа не переставая смотрел на нее. "Ты не можешь понять значения, которое ты имеешь в моих глазах, - сказал он ей. - В тебе я вижу не только Сашино будущее, но и будущее всей России; а в моем сердце это одно".

Счастливая Мари напишет в тот день письмо отцу: " Мой дорогой, мой добрый отец. Это первые мои строки из той страны, которая должна теперь стать моим вторым отечеством. Тем не менее я чувствую себя чрезвычайно привязанной к России... взгляд мой упал на Русскую землю, и я подумала, что теперь только начинается труднейшая часть моей жизни, и просила у Бога Его святой помощи."


Но чуткая душа Мари, как ее начали называть в императорской семье, не могла не заметить некоторую холодность жениха. Фрейлина Анна Тютчева запишет: "Много раз после долгих усилий преодолеть застенчивость и смущение она ночью в уединении своей спальни предавалась слезам и долго сдерживаемым рыданиям. Затем, чтобы устранить следы своих слез, она открывала форточку и выставляла свои покрасневшие глаза на холодный воздух зимней ночи".









Впервые жизнь Цесаревны Мари была омрачена смертью семилетней дочери Александры (Лины). Но вскоре появились на свет наследник Николай (Никса), Александр, Владимир, Мария, Сергей, Павел. Тяжело пережила Мари и смерть Николая I. Перед смертью, прощаясь с невесткой, Николай Павлович именно ей доверил заботу об Александре Федоровне, и она выполнила его волю. «Этого человека я любила больше всех после моего мужа, и который больше всех других любил меня», — будет говорить она впоследствии. Вскоре состоится и коронация нового Императора - Александра II, с головы Марии Александровны корона упадет, она ее спокойно поднимет и скажет: "«Наверное, мне не придется долго царствовать...» ". Мари станет настоящей поддержкой для мужа в год унизительного завершения Крымской войны.

Интересны воспоминания о Марии Александровне фрейлины Анны Тютчевой: "Она гораздо более создана для внутренней жизни, душевной и умственной, чем для активной деятельности и внешних проявлений", а также писателя и историка В. Х. Кондараки: " Ея Величество постоянно подает собою пример скромности и простоты. Для всех было ясно, что Ея Величество смотрела на высокое положение свое самыми смиренными очами и никогда наверно не придавала ему того значения, которое почувствовали бы другие".

При жизни Императрицы мало кто знал о ее непосредственном участии в освобождении крестьян, а такие события как реформа женского образования и создание Общества Красного Креста, состоялись по личной инициативе Марии Александровны и во многом на ее личные средства. О ней восторженно отзывались В.А. Жуковский, Ф.И. Тютчев, А.К. Толстой и даже П.А. Кропоткин.








Еще одна цитата из воспоминаний А.Ф. Тютчевой об императрице: "...Она выглядела еще очень молодой. Она всю жизнь сохранила эту молодую наружность, так что в 40 лет ее можно было принять за женщину лет тридцати. Несмотря на высокий рост и стройность, она была такая худенькая и хрупкая, что не производила на первый взгляд впечатления belle femme; но она была необычайно изящна, тем совершенно особым изяществом, какое можно найти на старых немецких картинах, в мадоннах Альбрехта Дюрера, соединяющих некоторую строгость и сухость форм со своеобразной грацией в движении и позе, благодаря чему во всем их существе чувствуется неуловимая прелесть и как бы проблеск души сквозь оболочку тела. Ни в ком никогда не наблюдала я в большей мере, чем в цесаревне, это одухотворенное и целомудренное изящество..."

Федор Иванович Тютчев Посвящал Марии Александровне такие строки:


Как неразгаданная тайна,
Живая прелесть дышит в ней -
Мы смотрим с трепетом тревожным
На тихий свет ее очей.
Земное ль в ней очарованье,
Иль неземная благодать?
Душа хотела б ей молиться,
А сердце рвется обожать...


А тем временем любимый муж готовил ей ужасный удар. После смерти отца, Императора Николая Павловича, начались его бесчисленные измены. Точнее, не начались, они продолжались, но теперь совершенно открыто. Императрица все знала, но молчала и кротко переносила такое отношение мужа. А затем и вовсе будет открыто демонстрировать свои отношения с Е.М. Долгоруговой, которую и члены императорской семьи, и фрейлины будут презрительно называть не иначе как "Катька". Император поселил Катьку и прижитых с ней детей прямо над покоями Марии Александровны. До нее часто деносился топот ног, детский смех. И только однажды императрица продемонстрировала чувства - услышав топот в очередной раз, бросила об пол чашку.

Вскоре у императрицы развилась чахотка, вначале она ездила лечиться в Ниццу, но после смерти в этом городе ее сына, Наследника Николая (Никса), этот город был связан для нее с ужасными событиями. Она предпочтет Ницце крымское имение Ливадия. Но и здесь ей не будет покоя- любовница мужа - Катька будет открыто, потеряв всяческий стыд, приезжать в соседнее имение.









Все страдания Мария Александровна унесла с собой в могилу, она даже в последнем письме мужу, найденном после ее смерти, благодарила за счастье прожитой рядом с ним жизни. Ни одного упрека, ни одного язвительного замечания, ни одной жалобы... В июне 1880 года Мария Александровна тихо скончалась в Зимнем дворце.

@темы: 1840, 1850, 1860, 1870, 1880, я все необычное люблю, в стиле ретро

21:15 

Императрица Александра Федоровна




Она была светлым ангелом жизни императора Николая I, прекрасная дочь, прекрасной матери, красавици Луизы Прусской. В 1817 году прусская принцесса Фридерика Шарлотта Вильгельмина Луиза стала невестой русского Великого князя Николая Павловича и приехала в Россию. Именно королева Луиза наставляла маленькую Шарлотту: «Запомни, Лотхен, главное, что должен правитель, это быть с людьми человеком». Этому правилу Шарлотта будет следовать всю жизнь. В православии ее нарекли Александрой Федоровной, вскоре состоялась свадьба Великого князя. Сама Александра вспоминала об этом дне: "С каким чувством проснулась я поутру 1 июля! Мои прислужницы-пруссачки убрали мою кровать цветами, а добрая Вильдермет поднесла мне букет из роскошнейших белых роз. Я не хочу здесь распространяться о своих личных впечатлениях, но в этот день невозможно обойти их молчанием. Меня одели наполовину в моей комнате, а остальная часть туалета совершилась в Брильянтовой зале, прилегавшей в то время к спальне вдовствующей Императрицы. Мне надели на голову корону и кроме того бесчисленное множество крупных коронных украшений, под тяжестью которых я была едва жива. Посреди всех этих уборов я приколола к поясу одну белую розу. Я почувствовала себя очень, очень счастливой, когда руки наши наконец соединились; с полным доверием отдавала я свою жизнь в руки моего Николая, и он никогда не обманул этой надежды!"


Николай Павлович и его юная супруга не думали о том, что вскоре станут Императором и Императрицей Всероссийскими. Их жизнь протекала счастливо и спокойно вплоть до 1825 года. Восстание декабристов оказало на впечатлительную ангельскую душу Александры Федоровны ужасное влияние. После этого она стала очень болезненной, временами у нее начинался нервный тик. В день казни пятерых декабристов Императрица горько плакала, а затем будет умолять Государя облегчить судьбу ссыльным. Над нервным тиком Александры Федоровны бессовестно и гадко насмеялся неблагодарный, спасенный императорской семьей крепостной, подлый, малодушный и ограниченный Шевченко, считаюшийся некоторыми "великим поэтом".
Но были и другие отзывы об императрице. Александра Смирнова -Россет пишет: « Два звонка, и в залу впорхнуло прелестное существо. Эта молодая дама была одета в голубое платье, и по бокам приколоты маленькими букетиками мелкие Roses pourpees (пурпурные розы), такие же розы украшали ее маленькую головку. Она не шла, а как будто плыла по паркету. За ней почти бежал высокий веселый молодой человек, который держал в руках соболью палантину и говорил: “Charlotte, Charlotte, vous prendrez”. (Шарлотта, Шарлотта, вы простудитесь».) Она поцеловала руку императрице Марии Федоровне, которая ее нежно обняла. Мы все сказали: “Какая прелесть! Кто это такая? Мы будем ее обожать”. Дамы сказали: “Это великая княгиня Александра Федоровна и великий князь Николай Павлович”».



Однажды на придворный маскарад Александра Федоровна явилась в образе Лаллы Рук. Видевший ее В.А. Жуковский посвятил ей такие строки:

Ах! Не с нами обитает

Гений чистой красоты:

Лишь порой он навещает

Нас с небесной высоты...

Он лишь в чистые мгновенья

Бытия бывает к нам,

И приносит откровенья,

Благотворныя сердцам...

Жуковский будет выбран Императрицей для воспитания ее детей, и в особенности сильное влияние он окажет на Наследника Цесаревича Александра. И почему-то я верю словам Жуковского и Смирновой-Россет, а не пьяным глупостям извращенного Шевченко.



Весьма непонятным кажется и отзыв Анны Федоровны Тютчевой об Александре Федоровне: "Император Николай питал к своей жене, этому хрупкому, безответственному и изящному созданию, страстное и деспотическое обожание сильной натуры к существу слабому, единственным властителем и законодателем которого он себя чувствует. Для него это была прелестная птичка, которую он держал взаперти в золотой и украшенной драгоценными каменьями клетке, которую он кормил нектаром и амброзией, убаюкивал мелодиями и ароматами, но крылья которой он без сожаления обрезал бы, если бы она захотела вырваться из золоченых решеток своей клетки. Но в своей волшебной темнице птичка не вспоминала даже о своих крылышках. Для императрицы фантастический мир, которым окружило ее поклонение всемогущего супруга, мир великолепных дворцов, роскошных садов, веселых вилл, мир зрелищ и феерических балов заполнял весь горизонт, и она не подозревала, что за этим горизонтом, за фантасмагорией бриллиантов и жемчугов, драгоценностей, цветов, шелка, кружев и блестящих безделушек существует реальный мир, существует нищая, невежественная, наполовину варварская Россия, которая требовага бы от своей государыни сердца, активности и суровой энергии сестры милосердия, готовой прийти на помощь ее многочисленным нуждам. Александра Федоровна была добра, у нее всегда была улыбка и доброе слово для тех, кто к ней подходил, но эта улыбка и это доброе слово никогда не выходили за пределы небольшого круга тех, кого судьба к ней приблизила, Александра Федоровна не имела ни для кого ни сурового взгляда, ни недоброжелательного жеста, ни сурового осуждения. Когда она слышала о несчастии, она охотно отдавала свое золото, если только что-нибудь оставалось у ее секретаря после расплаты по громадным счетам модных магазинов, но она принадлежала к числу тех принцесс, которые способны были бы наивно спросить, почему народ не ест пирожных, если у него нет хлеба... Культ, которым император Николай, а по его примеру и вся царская семья, окружили ее, создал вокруг нее настоящий престиж. Кроткая и скромная по натуре, она все-таки была императрицей, и казалось законным окружать ее преданностью, почестями и вниманием, которые император первым спешил ей оказывать."




Довольно странная характеристика Императрицы! Тем более, что при прочтении мемуаров Анны Тютчевой складывается впечатление о том, что автор их - ханжа и скучнейшая дама. Тем более что вряд ли можно сравнить императрицу с куклой, проводящей все свое время в роскоши и танцах. Так пишет императрица о своем отношении к придворной жизни: «Мне немного требовалось, чтобы быть довольной: раз я могла быть с моим мужем, мне не нужно было ни празднеств, ни развлечений, я любила жизнь тихую и уединенную... придворная жизнь была неизбежна, а мы оба ненавидели то, что называется двором...». И разве она была безучастной к судьбе России? Вовсе нет, именно она возглавляла все благотворительные учреждения России.


И вот еще одна цитата из воспоминаний императрицы: "Я проводила утро у себя или в прогулках, остальную часть дня просиживала в палатке моего мужа ... по моим вкусам я любила простоту и была домоседкою. Но когда нужно было выезжать в свет, то я предпочитала уж скорее веселиться, нежели скучать, и находила бал веселее вечернего собрания с придворными людьми, натянутыми и церемонными. Зато многие любезно отзывались обо мне, будто вся моя жизнь прошла в танцах, хотя я предпочитала хороший летний вечер всем балам в мире, а задушевную беседу осенью, у камелька, — всем зимним нарядам." Очевидно, что Тютчева судила по некоторым эпизодам и на основании оных не постеснялась приклеить императрице ярлык легкомысленности. А когда придворные дамы жаловались Московскому митрополиту Филарету, что Александра Федоровна танцует, вместо того чтобы думать о спасении души, (поражает умение некоторых видеть танцы и не замечать благотворительных учреждений) он отвечал: «Я думаю, она, танцуя, попадет в рай, в то время как вы еще будете стучаться в дверь». Митрополит был одним из немногих, кто знал ее душу.



Семейная жизнь супругов была счастливой, и хотя у императора были мимолетные увлечения, в его сердце была лишь Александра. Когда император будет умирать, она попросит его проститься с Варенькой Нелидовой, многолетней фавориткой Николая Павловича, но он откажется. Перед смертью он хотел видеть только ее: «Ты была моим ангелом-хранителем с того мгновения, как я тебя увидел, и до этой последней минуты». Держа его слабеющую руку, она прошептала: «Я хотела бы уйти с тобою. Как радостно было бы умереть вместе». Он ответил: «Не греши. Ты должна сохранить себя ради детей, отныне ты будешь для них центром». Она, как всегда, выполнила его волю — прожила еще пять лет. Переселилась из Зимнего в Аничков дворец — в «Аничков рай», как он когда-то называл их первое семейное гнездо. Слабое здоровье императрицы было окончательно подорвано смертью мужа. «Я горячо молилась всю свою жизнь, чтобы мы могли умереть вместе, но если один должен был пережить другого, лучше мне испытать это горе. Что бы сталось с ним без меня?» - будет она часто повторять впоследствии.



Несмотря на болезни, Царица была замечательно красивой и выглядела много моложе своих лет. Вот что вспоминает А.С. Пушкин: "2 часа. Представлялся. Ждали Царицу часа три. Нас было человек 20... Я по списку был последний. Царица подошла ко мне, смеясь: «Нет, это беспримерно. Я себе голову ломала, думая, какой Пушкин будет мне представлен. Оказывается, что это вы!..» ...Я ужасно люблю Царицу, несмотря на то, что ей уже 35 лет и даже 36". А еще Александр Сергеевич напишет о ней:

И в зале яркой и богатой,

Когда умолкший, тесный круг,

Подобна лилии крылатой,

Колеблясь, входит Лалла Рук,

И над поникшею толпою

Сияет царственной главою,

И тихо вьется и скользит

Звезда — харита меж харит.

В последние годы жизни Императрица часто жила в Ницце, это обходилось довольно дорого казне, потому, она решает возвратиться в Россию, хотя врачи строго запрещают ей это. У нее была задумка поселится в Крыму - "этот дворец будет моим вдовьим домом" - скажет она о дворце в Ореанде, но она так и не успеет там пожить. 20 октября 1860 года тихо скончается в Царском селе, а 5 ноября будет похоронена в Петропавловской крепости, рядом со своим царственным супругом.


@темы: 1830, 1840, 1850, я все необычное люблю, в стиле ретро

23:36 


Почему  Мариинский дворец в Питере  называется  Мариинским?  


"Когда я поднялась утром в Аничковом наверх к Мэри, она сидела за кофе, перед ней в вазе, как обычно, благоухал ее воскресный букет: белая камелия, несколько ландышей и вереск. Россети, бывший камер-паж, теперь офицер Преображенского полка, принес эти цветы вместе с лорнеткой, бриллиантовыми брошками и другими мелочами, которые лежали на подзеркальнике ее туалетной. Он знал все ее привычки и трогательно позаботился о том, чтобы все было на месте при ее пробуждении."

Возможно не все знают -  в честь дочери Николая I, великой княжны Марии Николаевны, герцогини Лейхтенбергской. Отец построил и подарил дочери после ее замужества. Я сама Мария и папина дочка, поэтому не могла не заинтересоваться этой историей и личностью Marie.

Выяснилось,что девушка была с характером. Дважды замужем, причем,в отличие от большинства принцесс того времени, по любви.  Любимица отца. Внешне - яркая брюнетка. Целеустремленность, умение достигать желаемого,  действовать вопреки общественному мнению,сделали ее женщиной,которая  "... совершенно выделялась из той среды, в которой она родилась и выросла...она одна решилась сбросить с себя путы…».
 
Вот как описывает ее младшая сестра Ольга в своих воспоминаниях "Сон юности" :

"Она наслаждалась тем, что вызывала восхищение как у молодых, так и у старых. Ее красота была совершенно особого рода, она соединяла в себе две вещи: строгость классического лица и необычайную мимику... Очень естественная, она не выносила никакой позы и никакого насилия. Ее ярко выраженная своеобразность позволяла ей всюду пренебрегать этикетом, но делала она это с такой женской обаятельностью, что ей все прощалось. Переменчивая в своих чувствах, жесткая, но сейчас же могущая стать необыкновенно мягкой, безрассудно следуя порыву, она могла флиртовать до потери сознания...За кого же она выйдет замуж?"

 

Итак......


История Строительства Мариинского дворца.

Мариинский дворец построен в 1839-1844 годах по проекту архитектора
 А.И.Штакеншнейдера на южной стороне Исакиевской площади,
на берегу реки Мойки, у Синего моста.

 


 


Великая княжна Мария Николаевна обладала весьма своенравным характером. Вместо того, чтобы по традиции выйти замуж и переехать в графство или княжество своего супруга, она поставила условие: "Или никогда не выйду замуж, или вместе с мужем буду жить в Петербурге".
Действительно, в то время супругов для великих княжён находили чаще всего в бедных немецких разрозненных княжествах. Там, после богатой жизни в царской семье, девушка бы оказались в весьма скромной обстановке. По счастью, найти жениха, который бы подходил дочери императора и согласился бы переехать в Россию всё таки удалось. Им стал герцог Максимилиан Лейхтенбергский - внук Жозефины Богарне, супруги Наполеона.
После венчания 2 июля 1839 года молодые супруги поселились в Зимнем дворце. Сразу же началась работа над постройкой их постоянной резиденции. Николай I хотел чтобы его дочь жила в самом уютном и удобном доме, материалы для стройки рекомендовались самые современные. Место для Мариинского дворца император выбрал сам.Мария Николаевна с мужем поселились во дворце в 1845 году.25 января этого года здание освятили и официально назвали "Мариинским дворцом".


Детство Marie.


@темы: 1820, 1830, 1840, 1850, 1860, 1870, я все необычное люблю, в стиле ретро

18:01 

Елена Денисьева

102.90 КБ
Елена Александровна Денисьева

Есть в русской литературе поразительный по своему драматизму и пронзительности цикл стихотворений - "денисьевский". Связан он с именем Елены Александровны Денисьевой. Начало их знакомства относится, видимо, к 1846-1847гг. В те годы Федор Иванович мог встречать Елену Александровну в Смольном институте, куда приезжал, чтобы навещать младших дочерей. Елена Денисьева была племянницей инспектриссы Смольного института и после окончания оного жила у тетки.
Когда именно увлекся ею Тютчев, точно не известно, но посещая часто инспектрису класса, он мог лучше узнать ее племянницу и стал все более ценить ее очаровательное общество. Жена поэта, Эрнестина Федоровна, не мешала этому, наоборот, она видела в Елене Денисьевой "весьма полезный громоотвод против других увлечений". Вообще же Эрнестине было суждено совершить подвиг жены, когда стали развиваться отношения Федора Ивановича и Елены Александровны. Она не только сохраняла удивительное самообладание, но и ни разу не обнаружила, что знает о любви мужа к другой женщине.



Эрнестина Федоровна Тютчева-Дернберг


Сближение сорокасемилетнего Тютчева и двадцатичетырехлетней Денисьевой произошло в июле 1850 года. Когда в обществе узнали об этой связи, все светские знакомые отвернулись от Елены Александровны, двери домов, где прежде она была желанной гостьей, перед ней отныне были закрыты. Причем все обвинения пали исключительно на Елену Александровну. На общественном положении Федора Ивановича это никак не отразилось. Отец Елены Александровны, приехавший в Петербург в 1851 году, узнав о падении дочери, отрекся от нее и запретил родным поддерживать с нею какие-либо отношения. Фальшивое положение, в котором столько лет находилась Елена Александровна, способствовало тому, что с годами у нее начала развиваться чахотка. В 1864 году болезнь стала развиваться очень быстро. Елена Александровна скончалась 4 августа 1864 года. Через 3 дня Федор Иванович похоронил ее на Волковом кладбище. У Ф. И. Тютчева и Е. А. Денисьевой было трое детей. В 1865 году от скоротечной чахотки умерла четырнадцатилетняя Леля (нашлись "доброжелатели", которые открыли девочке глаза на положение, в котором находилась ее мать, от чего на нервной почве она "сгорела" в несколько дней), а на другой день от этой же болезни скончался и годовалый Коля. Тютчев похоронил детей рядом с их матерью. В это время Тютчев признавался в одном из писем: " ...как человек еще продолжает жить, хотя ему отрубили голову и вырвали сердце".
Единственный из оставшихся в живых детей Денисьевой, Федор, воспитывался в семье Анны Федоровны Аксаковой (дочь Тютчева от первого брака). Впоследствии Федор Федорович стал офицером и военным писателем. В 1916 году полковник Ф.Ф. Тютчев умер в прифронтовом госпитале.
(А. Данилова "Благородные девицы";)

@темы: 1850, 1860, я все необычное люблю, в стиле ретро

01:53 

очень ретро и бесконечно леди

Фотографии Mathew Brady Studio.
Знаменитый американский фотограф Mathew B. Brady был первым человеком, который сфотографировал самого себя, т.е. сделал автопортрет. А еще он очень много снимал военных и членов их семей. Из огромной коллекции мастера я отобрала именно женские портреты. Дамы, кстати, не абы кто - сплошь супруги президентов и высших чинов армии.


photo of Mrs. Abraham Lincoln. It was made between 1855 and 1865.




Miss Lavinia Warren (Mrs. Tom Thumb). It was created between 1855 and 1865.


an extraordinary photo of Rose Greenhow, Mrs. & Daughter. Greenhow was imprisoned in the old Capitol Prison in Wash. D.C. - Her Crime - Being a Confederate spy. It was made in 1865.

The photo documents Greenhow and Daughter.

Rose Greenhow had four daughters. Tragedy struck the family her husband died soon after the birth of the youngest daughter. Her alignment with the Confederate cause grew after her husband's death, and was nurtured by her friendship with noted secessionist John C. Calhoun. Her Southen Sympathies were noted by Washington Secessionists, and she was recruited as a confederate spy. On July 9, 1861, and July 16, 1861, she delivered intelligence to Confederate General P.G.T. Beauregard containing details of McDowell's plans for the First Battle of Bull Run. Confederate President Jefferson Davis credited her efforts with helping to secure the Rebel victory at Bull Run.


Ulysses Grant


Roosevelt, Mrs. Theodore (Edith Kermit Carow) wife of the president, and first lady of the United States.. It was created in 1890.


of Mrs. George B. McClellan


Ristori. It was made between 1855 and 1865.


Eaton, Mrs. Margaret (Peggy O'Neill), old lady. It was created in 1870.


Emma, Queen of Sandwich Islands. It was taken between 1855 and 1865.


Hattie Thorn. It was taken between 1855 and 1865


Mrs. Abraham Lincoln. It was made between 1855 and 1865


Clara L. Kellogg. It was created between 1855 and 1865.


Ella Jackson. It was made between 1855 and 1865.


Sartoris, Mrs. Algernon (Nellie Grant). It was created in 1870.


of Mrs. Eldridge. It was created between 1855 and 1865.


Pauline Cushman. It was made between 1855 and 1865.


Mrs. U. S. Grant and daughter (Nellie) and son. It was created between 1860 and 1865.


Grant, Mrs. U.S. It was taken in 1870.


Hayes, Mrs. R.B. wife of President. It was taken in 1870.


Miss Kate Chase. It was created between 1855 and 1865.


Mary Mitchell. It was made between 1855 and 1865.


Charlotte Cushman. It was taken between 1855 and 1865.


Mrs. Algernon (Nellie Grant). It was created in 1870.


Mrs. Abraham Lincoln. It was made between 1855 and 1865.


Mrs. N. P. Banks. It was taken between 1855 and 1865.


Miss Chesney. It was created between 1855 and 1865.


Tarr. It was created between 1855 and 1865.


Lucy Dean. It was made between 1855 and 1865.


Miss Hendricks. It was created between 1855 and 1865.


Mrs. A. Sartoris (Nellie Grant). It was made in 1870.


Hayes, Mrs. R.B. wife of President. It was taken in 1870


Mrs. James Garfield. It was created in 1870.


Miss Chapman. It was taken between 1855 and 1865.


Miss Combs. It was created between 1855 and 1865.


Mrs. John Slidell. It was created between 1855 and 1865.

@темы: 1850, 1860, 1870, я все необычное люблю, в стиле ретро

Музей Муз

главная